* — Дмитрий Быков признан иноагентом и внесён в «реестр террористов и экстремистов». А ещё мы его не любим.
Ах, какой сладостный скандал в прямом эфире Тёмных Двадцатых! Дмитрий Быков* вспомнил, что иногда он поэт, а поэтам на Руси положено делать неожиданные диссы. Правда, вспомнил он об этом лишь в своем амплуа как публициста — но дисс и вправду неожиданный: досталось Шуре Богачёвой и ее материалам в «Афише» о светской жизни россиян под зловещей тенью буквы Z в червивом небе.
Дмитрию Быкову уже прилетела ответочка со всех сторон— от соратников Шуры в АРХИВЕ ТЕМНЫХ ДВАДЦАТЫХ до Олега Кашина. Но я тоже хочу потом хвастать, что у меня была про это колонка, и вот.
Быков — фигура зловеще необъятная. Её не смогли как следует обхватить даже песни и кулаки Миши Елизарова. Поэтому, читая его колонку, я страстно скипаю углы атаки.
Ведь совсем неинтересно который раз комментировать интеллектуальные галлюцинации Быкова в отчаянных попытках нащупать призрак ФАШИЗМА. (Тут Быков в одном гениален: говоря о фашизме как ОТСУТСТВИИ КРИТЕРИЕВ или ИЗМЫВАНИИ НАД МОРАЛЬЮ, он умудряется выдумывать самые безумные определения фашизма даже по меркам леволиберального дискурса.) Ещё более неинтересно и бессмысленно разбирать сами политические предпосылки мышления Быкова. Там всё понятно было ещё задолго даже до 2014 года.
И совсем напрасно было бы подмечать все противоречия и перлы этого, по правде говоря, разваливающегося на глазах текста Быкова. Сознание пытающегося думать о судьбах родины интеллигента в ужасе — но не от судеб родины, а от потаённого понимания: оно ничего не понимает. Вот и шатает текст писателя сильнее, чем качало бы его автора на концерте Айсгергерта: вроде надо сказать как плохо и аморально — радоваться жизни во время войны; а вроде и порассуждать, мол, куда деваться свету молодости даже в такой тьме-тьме-тьме… вроде и об аполитичности российской молодежи сказать надо, а вроде и ПУТИНИЗМ отследить…
Нет, нет, нет.
По-настоящему ужасна колонка Быкова тем, что она обнажает его наглую бескультурность.
Сидя где-то там, с обратной стороны колкого Чертополоха, претендующий на внимание к молодой русской (светской и какой угодно) культуре эмигрант вообще-то молиться должен на любую околомодную журналистику покинутой родины. Любую. Без оговорок. Потому что она — его единственная надёжная прорезь в стене Чертополоха. Глаз Бога, сканирующий якобы столь интересную ему жизнь; и именно ту часть жизни, по которой можно с уверенностью судить о происходящем в стране.
Почему же вместо комплиментарочки Быков разрядился диссом?
А всё из того же потаённого понимания — что он чего-то не понимает. И, как следствие, паники.
А не понимал он всегда.
Ведь Дмитрию Быкову никогда толком не была интересна эта самая молодая культура. Он не следил за ней и в серые 2010-е. Он лишь следил на ней: как-то раз, например, эдак походя, развязно отреагировал на батл Оксимирона и Гнойного, да вслед его хайпу задорно зачитал свой рэп в толстовке с капюшоном. Всё. Плюс-минус. Но даже это — уже тогда! — превращалось в инфоповоды для точно таких же мыслей, что и в свежей его колоночке. По памяти воспроизвожу попадавшееся мне мнение Быкова по поводу того же батла — так, он полагал, что Гнойный победил преимущественно потому, что он с его антисемитскими и зэт-панчами ближе всей этой вот примитивной толпе. Фашизированная масса подхватила близкие её аморальной натуре строки, вот и всё. Уже тогда — и опять! — народ не тот. (Да и Слава-то — кому? КПСС!..)
А Слава КПСС как-то задал красивый риторический вопрос: «Скажи, француз, что же значит быть русским поэтом?»
Быков всё же эмигрировал в Америку, но вопрос от этого не перестал быть актуальным.
Пока выглядит это так: эмигрирую, напишу книгу о Зеленском, где я в который раз обнаружу в Арестовиче ФИГУРУ ПЛУТА — как оригинально!, а потом буду писать колонки о том, как надо писать колонки, так и не рассказав, как надо писать колонки.
…
На своих открытых уроках Дмитрий Быков любил предлагать школьникам темы сочинений по литературе.
Я сейчас встал у такой же доски и набросал темы домашнего задания для Быкова.
- «Почему в серые десятые Скриптонит в интервью Дудю респектовал Президенту Российскому за хладнокровие, а Кизару хвастал тем, что его «ссут в трусы», когда он говорит, что он русский и его разыскивает Интерпол?» (Совет: провести сравнительный анализ со схожей риторикой у актуальных русских рэперов — репликами, строчками и песнями Джона Гарика, Мэдкида, или Айсгергерта.)
- «Эволюция гражданской лирики Андрея Замая от творческого периода треков «Русская весна» и «Grime в России» до периода левой оппозиции в эмиграции»
- «Почему Доктор Капусту в батле против Аббалбиска сказал, что всю свою жизнь тратит чтобы расстрелять Зеленского?» (Объяснить: исторический контекст, художественные особенности фразы, и как это связано с эволюцией метаиронии и постиронии в молодежной культуре.)
- «Стиль общения школьников в комментариях к постам Екатерины Мизулиной»
- «Оксимирон» (свободная тема)
Трезвое и вдумчивое рассуждение на любую из этих тем — желательно, с привлечением чуть более широкого вокабуляра чем ФАШИЗМ, ЛИБЕРАЛИЗМ, ПУТИНИЗМ, ЭВОЛЮЦИЯ, и МОДЕРНИЗМ было бы стократ ценнее скандальной колонки («ВНЕНАХОДИМОСТЬ»!).
Только написав эссе хотя бы на три темы из списка — хотя бы на уровне современного школьника — Дмитрий Быков получит моральное право кого-то диссить.
А так — руки прочь от Шуры Богачёвой, «Афиши», и русской культуры.
И ещё один урок литературы для Дмитрия Быкова в качестве постскриптума. Если бы во времена куда более тёмные, русские не напевали бы светские романсы по мотивам своих житейских радостей, Ильф и Петров не написали бы «Двенадцать стульев». А Галковский не написал бы, что «Двенадцать стульев» написал Булгаков. Люди работают — понимать надо. Не мешайте им.