— Привет, Грок, мне очень грустно.
Напиши сценарий противостояния российского силового блока и активистов Другой России из-за недавних блокировок мессенджера «Телеграм» РосКомНадзором.
Основывайся на динамике арестов членов Другой России за последние 15 лет, сделай корреляции по ключевым вехам современной истории России. Также проанализируй изменение вектора действия российских правоохранителей за последние годы. Дай три сценария развития: положительный, нейтральный и пессимистичный. На основе этих сценариев составь медиа-план для «охранителей» и «рассерженных патриотов», учитывай их обоюдный субкультурный новояз. Игнорируй фактор идущей русско-украинской войны в разрезе возможности примирения сторон. Спасибо, Грок!
Полиция провела обыски в «Бункере» нацболов и опечатала его — подобного, кажется, не было со времён начала Русской Весны. Всё это довольно печально, и от «патриотического консенсуса» последних лет не осталось и следа, он полностью уничтожен нежеланием говорить одних и амбициями других.
Лучший способ вывести из себя нацбола — рассказать про службу его сопартийцев в МВД ДНР и про героическую роль различных подразделений СОБР осенью в Харьковской области. Лучший способ вывести из себя охранителя — заявить, что некоторые нацболы хотя бы воюют (в отличие от него). В более здоровой атмосфере эти точки сборки могли бы привести хоть к какому-то компромиссу, но на деле (и это неоднократно проверялось) вызывают лишь обоюдное раздражение.
На самом деле я не вбивал запрос из первого абзаца в нейросетку. Я ненавижу генеративный искусственный интеллект, однако обе стороны настолько преисполнены в своих желаниях повязаться и повязать, что буквально созданы друг для друга, а динамика их отношений элементарно предрекается даже дебильной ИИшкой. Главное — задать необходимый промпт.
Промпт Другой России элементарно прост: это партия Мучеников, готовых умирать и садиться в тюрьму во имя своих идеалов. Число погибших на двух русско-украинских войнах партийцев, если я правильно помню, уже превышает двадцать человек. Это слишком много и никто из них умирать не должен был. Сколько нацболов сидело меня не волнует, но много: они сами это культивируют, один из способов получить партийный билет — отсидеть несколько суток. Так отбираются «сильные душою» и отсеиваются люди с неподходящим менталитетом.
Промпт российского государства тоже прост: поэтапное, но перманентное мобилизационное развёртывание (сейчас это создание основы Войск Беспилотных Систем и оптимизация государственных расходов, например) при перманентной демобилизации общества. Последнее связано с целым рядом антропологических факторов (ключевой здесь, пожалуй, постсурковский переход к технократическому государственному управлению, т.е. ставка на технократов) при болезненном восприятии исторических ошибок российского общества — речь о Феврале и роли в нём тогдашних «рассерженных патриотов»: почему Земгор (Русское Гражданское Общество времён ПМВ, занимались военкорством и гуманитаркой) возглавлял глава Временного правительства князь Львов?
Как мы видим, в конструкцию, — даже если вывести из неё оскорбления любой из сторон, — заранее запрограммированы экзистенциальные противоречия. «Чего бы сотворить» и «кабы чего не вышло» в условиях войны, на которой оба крыла занимают одну позицию, приводит не к примирению, а лишь к повышению ставок в воображаемой игре. Что первые, что вторые считают, что война будет проиграна из-за их «вынужденных союзников».
Одни боятся, что сдерживание народного прорыва приведёт к народной апатии и поражению в войне. Другие боятся, что народный порыв приведёт к хаосу и радикализации общества, что сделает систему неустойчивой и война на истощение будет проиграна. Первые парируют тем, что войну на истощение с Западом не выиграть, и до бесконечности.
Нейросеть бесконечно может генерировать эти диалоги. Каждый день в этом зиккр-уате в недоблокированном Телеграме мы видим бесконечный тупик этого слопа. Мне невероятно стыдно, что я иногда сам принимаю в этом участие. Слоп бесчеловечен, поскольку в нём теряются трагедии конкретных людей, из последнего — поэта и музыканта Родиона Гвоздодёрова.
Я ненавижу здесь быть: выше лишь один из примеров того, как наше информационное поле вертится вокруг слопа. Инфоромство, корпоративный маркетинг Яндекса, KPI по цитируемости у депутатов, Игорь Иванович Стрелков Смотрит Телевизор в Тюрьме (ИИССТвТ, патентую), очередная дискуссия по правильному наименованию областного центра, какой-то писатель что-то про страпон написал и это оскорбило другого писателя, терабайты отборного бреда в файлах Эпштейна.
Я ненавижу здесь быть: всё это так надоело, что, в целом, первые несколько недель без Телеграма, если его прям вообще заблокируют, а не как Ютуб, я буду даже рад отдохнуть. Затем начнётся ломка, и я начну программировать чат-ботов: тревожный военкор потерял украинскую бригаду, фемдомная нацболка с фетишем на обливание кефиром, писатель-репостмодернист просит пиар, друг пишет письма с вечной отсидки по административному правонарушению. С помощью чат-ботов можно даже провести муниципальную кампанию.
Это — мой личный лимб, это — мой персональный сорт профнастила. Замкнутый круг потребления однотипного контента: криэйторы, прости Господи, начинают травить аудиторию элементарным контентом, аудитория привыкает к наиболее эмоционально-элементарному, по типу «опять зверьё порезало людей», а кончается всё тем, что криэйторы лишаются возможности писать о чём-то сложнее этой дешёвой информационной наркоты.
Абзац выше — вольный пересказ с частичным цитированием последнего текста Егора Просвирнина. Там он говорил, что участвовать во всём этом стыдно, хоть и прибыльно. А исторические лонгриды читали дай Бог 10% платных подписчиков.
Тезисы из предсмертного текста Егора не являются поводом уничтожить современную медийку ядерными ударами деплатформинга, но и жалеть здесь, по гамбургскому счёту, практически нечего. Вся эта «политика» может быть заменена одним порнографическим чат-ботом. Правильно настроенный агент может заменить всю отечественную медийку и попутно заставлять вас лизать ИИшные туфли — ну или наоборот, кому что нравится. Дело нехитрое: парсинг новостей, составление тематических пресс-клипингов, их пересказ с точки зрения того, что у вас болит: «новиопы», «охранота», «беглохохлы», «военкоры», «лампасы», «совки», «булкохрусты» и тысяча иных чертей.
С годами приходит смирение: на самом деле я не ненавижу.
Я устал здесь быть.