Хезболла:

Пока всеобщее внимание приковано к Ормузскому проливу, а российская публика смотрит котировки на нефть вместо оранжевого ютуба, в Ливане потихоньку начинает разворачиваться второй фронт конфликта. Израиль развернул беспрецедентную кампанию бомбардировок, целями которой стали не только военные, но и гражданские объекты Хезболлы. Цены в Ливане неуклонно растут вверх, а американцы пытаются призвать к участию в войне сирийских джихадистов. ЦАХАЛ, несмотря на ограниченные успехи и относительное технологическое преимущество, несёт потери в бронетехнике и живой силе. Еврейское государство уже получило традиционное осуждение от Amnesty International за уничтожение финансовых центров Хезболлы и столь же традиционно его проигнорировало.

Два главных мастодонта Леванта наконец сошлись в открытом конфликте. Сильнейшая регулярная армия региона против самой эффективной иррегулярной системы в мире.

Как и другие созданные с подачи иранской республики организации, Хезболла это больше чем простая совокупность партизанских баз и локальных ополчений. Слабость ливанской экономики и огромная зарубежная диаспора позволила Хезболле создать собственную бизнес-империю, способную полагаться не только на транши из Ирана, но и на собственные ресурсы.

С 2019 года экономика Ливана находилась в перманентном кризисе. Небольшую страну, истерзанную пандемией коронавируса, окончательно добил взрыв склада с конфискованным нитратом аммония в порту Бейрута. В одно мгновение Ливан лишился 85% зерновых запасов и потерял свой главный морской порт. Общие потери, включая упущенную выгоду, составили почти 15 миллиардов долларов. В качестве иллюстрации глубины катастрофы — ливанская армия в попытках заработать хоть какие-то средства прибегла к организации туристических полётов на военных вертолётах и открыла бассейны на своих базах для публичного посещения.

Единственной ливанской силой, которая в эти дни смогла удержаться на плаву, оставалась Хезболла. Ещё в 80-х годах ими была создана финансовая сеть аль-Кард аль-Хасан, известная также под аббревиатурой AQAH. Сам термин переводится с арабского как «благородный займ» и означает специфическую форму беспроцентного кредитования, при которой должник должен вернуть только основную сумму долга, а выплата надбавки кредитору за его старания и расходы остаётся на совести заёмщика. В ливанских реалиях это работает как выдача займов под залог золота, ювелирных изделий и других ценностей. Также организация предлагает открытие сберегательных счетов, финансовые переводы и обрабатывает платежи.

Разумеется, с 2007 года американцы внесли аль-Кард аль-Хасан в санкционные списки, а во время кризиса 20-х годов к классическим обвинениям в терроризме добавили куда более тяжкие обвинения в накоплении твёрдой валюты. Шиитская община Ливана санкции, естественно, проигнорировала и годовой объем транзакций через исламскую платёжную систему составил около трёх миллиардов долларов, что в три раза больше бюджета Хезболлы как таковой. Поскольку AQAH юридически считалась благотворительной, а не финансовой организацией, её существование оставалось полностью вне государственного финансового надзора, формируя параллельную ветвь экономики, основанную на 15 тоннах золота, находящегося в обращении.

В этой параллельной финансовой системе боец Партии Аллаха получает от 500 долларов наличными, что не идёт ни в какое сравнение с 150 долларами в официальной армии Ливана. Так же, как в случае с Силами Народной Мобилизации в Ираке, служба в шиитской милиции Ливана даёт шанс жить достойную и обеспеченную жизнь, а не прозябать в нищете. Тем более, что и с социальными гарантиями у Хезболлы всё неплохо.

В составе организации действует «Фонд Мучеников», основная задача которого — обеспечивать семьи погибших бойцов. Под обеспечением в данном случае понимаются не только привычные для нас страховые посмертные выплаты, но и дальнейшая поддержка родственников. Члены семьи мученика не просто продолжают получать его зарплату, но также выплаты за каждого ребёнка для покрытия учебных и бытовых нужд. Дети погибших бесплатно учатся в финансируемых Партией Аллаха школах (по ливанским меркам достаточно неплохо оснащённых технически). Госпитали, входящие в финансируемую Хезболлой Исламскую организацию здравоохранения, безвозмездно оказывают им целый ряд услуг: от стоматологии до серьёзных операций. Ежегодно проводятся выезды в скаутские лагеря организации, а после выпуска из школы ребёнок может за счёт партии поступить в университет. О том, что дети мучеников имеют приоритетное право при трудоустройстве в гражданские и военные структуры Хезболлы и говорить не стоит. Система «Фонда Мучеников» оказалась настолько удачной, что по этому образцу созданы фонды и в других организациях «Оси Сопротивления» от Йемена до Ирана. Кроме собственной структуры социальной поддержки Хезболла в 2024 году привлекла и средства из государственного бюджета, когда Совет Южного Ливана пообещал выплатить по 20 тысяч долларов семьям 434 погибших в ходе израильских авиаударов.

Помимо обычного, Хезболла ведёт и так называемый строительный джихад — «Джихад аль-Бина». Гражданские служащие организации восстанавливают дома после израильских налётов, прокладывают водопроводы и обеспечивают электрогенераторы в беднейших районах. Организация занимается развитием сельского хозяйства в шиитских районах, помогает фермерам и организует закупки саженцев. В военное время они разворачивают мобильные группы для оперативной оценки ущерба и фиксации убытков после бомбёжек. Ещё одним известным проектом Хезболлы стала сеть социальных магазинов «Аль-Нур», в которых иранские товары продавались по сниженным относительно обычных магазинов ценам. Для сторонников и бойцов партии были выпущены социальные карты, ежемесячно пополняемые на 200 долларов, для совершения покупок в этих магазинах. В дальнейшем предполагалось распространить эту практику на беднейшие слои шиитской общины. Подобные начинания реализовывались и в фармацевтике: когда в 2019 году страна столкнулась с недостатком лекарств в аптеках, Хезболла выкупила несколько точек и организовала контрабандные поставки медикаментов из асадовской Сирии и Ирана для продажи среди шиитской общины по сниженным ценам.

Кроме пусть и образцовой, но в целом стандартной для про-иранских сил развитой системы социальной поддержи, у Хезболлы есть ещё одна особенность, характерная исключительно для Ливана — диаспора. Дело в том, что ливанцы — одна из самых крупных мировых диаспор, сравнимая с армянами. Да, далеко не все из них шииты, местные христиане переезжали в Бразилию ещё во времена османского владычества, спасаясь от религиозных чисток, инициированных друзами и мусульманами. Но даже так, число ливанских шиитов живущих за пределами Ливана в Южной Америке или Западной Африке составляет минимум несколько миллионов человек. От Кот-д'Ивуара до Демократической республики Конго ливанцы активно занимаются бизнесом, в том числе и не совсем легальным. По американо-израильской версии Хезболла ежегодно получает 300 миллионов долларов от наркотрафика и торговли африканскими алмазами. Считается, что Хезболла активно сотрудничает с колумбийскими и мексиканскими наркокартелями, а также с правительством Венесуэлы, участвуя в трафике кокаина и каптагона в Европу и США. Сама Хезболла всегда отрицала участие в наркотрафике, называя все подобные обвинения израильской пропагандой. Реальную же прибыльность связей Партии Аллаха с диаспорой, а также легального и нелегального зарубежного бизнеса подсчитать трудно, но их присутствие в самых неожиданных местах — неоспоримый факт.

Сейчас вся эта выстраиваемая на протяжении 40 лет система сталкивается с одним из самых сложных вызовов в своей истории. Ещё после предыдущей войны с Ираном Израиль и США начали оказывать сильное давление на ливанские органы государственной власти, начав создавать серьёзные препятствия для работы финансовой системы Хезболлы. Центральный банк Ливана издал циркуляр, запрещающий финансовым учреждениям вести дела с находящимися под санкциями организациями, к которым, разумеется, в первую очередь относятся именно структуры Хезболлы. В октябре 2025 года Министерство юстиции Ливана издало указ, запрещающий нотариусам проводить сделки находящихся под международными санкциями лиц. Под давлением Израиля иранским авиакомпаниям была запрещена посадка в аэропорту Бейрута, а десятки госслужащих были уволены за связи с «Хезболлой», которая при всем при этом продолжает оставаться легальной политической партией. На протяжении последних нескольких лет сочетая экономическое давление, террористические акты и точечные ликвидации, израильское руководство последовательно давила на финансовые ресурсы Хезболлы, в первую очередь стремясь лишить группировку возможности проводить собственную социальную политику, в надежде таким образом сократить уровень поддержки Партии Аллаха в обществе.

Неудивительно, что свою бомбардировочную кампанию Израиль начал не столько с военных объектов, сколько с финансовых отделений аль-Кард-аль-Хасан и офиса главного медиа-центра Хезболлы — телеканала «Аль-Манар» в Бейруте. Другими целями стали ливанские больницы. Израиль традиционно объявляет, что в них находятся склады оружия и оказывается медицинская помощь бойцам организации. Ещё в 2024 году Израиль выдвигал обвинения, что под одним из крупнейших госпиталей в Бейруте находится бункер Хезболлы, где складировано золото на сумму более чем 500 миллионов долларов США.

Пока наземная операция для израильской армии складывается не самым лучшим образом и о создании заявленной полосы обеспечения в южном Ливане говорить не приходится, воздушная кампания продолжает набирать обороты. Если Израилю действительно удастся серьёзно подорвать финансовую систему Хезболлы, то в длительной перспективе партия будет вынуждена перестраиваться и, возможно, серьёзно сократить свои системы социальной поддержки. С другой стороны, резкое уничтожение привычных для шиитской общины социальных объектов в ближайшее время может вызвать мобилизацию против южного соседа. Как и на всех других направлениях, на данный момент коалиция Эпштейна имеет дело с крайне гибкими и привыкшими к давлению системами, представляющими из себя не только военные организации, но и обособленные финансовые и социальные институты, которые в свою очередь годами готовились именно к этой войне. Для того, чтобы серьёзно сдвинуть ситуацию в регионе явно потребуется что-то большее, чем классический обмен бомбами или десяток сожжённых в пограничных боях танков.